13/8/15

ianata: (Default)
Продолжаем разговор.

На вокзале я прикидываю, что посадка на поезда через 50 минут, а потом еще до места ехать ровно два часа, и направляю свои стопы в Макдональдс. Заказ первый раз в жизни оформляю через автомат самообслуживания: нужно вставить банковскую карточку, выбрать нужное меню и вуаля: автомат снимает деньги и выплевывает квиток с номером по которому я получу свой заказ. Неторопясь убираю бумажник с карточкой вглубь рюкзака и иду получать заказ: мой номер уже в отчаянии выкрикивают во весь голос. С момента оплаты заказа прошло не больше 30 секунд. Смакуя каждую минуту, ем свой бургер. Запиваю простой водой без газа и, не особо торопясь иду искать платформу на посадку. Мой номер платформы- 11. Там уже в ожидании стоит длинная-предлинная очередь. Встаю в самый конец, но за мной сразу встает много-премного людей. Ровно за 15 минут до отправления начинается посадка: на стойке контроля сканируют наши билеты или распечатки электронных билетов. Теоретически, как я знаю, могут сканировать коды и с экранов смартфонов, мне такое там не довелось увидеть. По лестнице спускаюсь на платформу. Поезд подходит через несколько минут. Нормальный такой сидячий поезд. Без особых изысков (без электророзеток около кресел). Но мне что: ехать-то всего два часа, обойдусь и без розеток. Мне достается одиночное кресло слева. Справа идут сдвоенные кресла. Все бы ничего, но напротив меня садится крепкий кудрявый мужчина. На вид лет пятидесяти. Мы сидим друг напротив друга, с трудом умещая наши ноги. Мы только как-то кивнули друг другу, но по каким-то непонятным признакам я понимаю, что передо мной франкофон. Как только поезд трогается, выясняется, что он совершенно омерзительно постукивает левой ногой в такт колесам. Меня это дико бесит. Но ехать-то два часа. Надо как-то вытерпеть. Отбиваю смс-ку принимающей стороне, что все идет по плану. Принимающая сторона будет ждать меня на платформе. Дальше мне звоните вы. Я отчитываюсь, что все в идеальном порядке и что теперь самое главное - не проехать свою станцию (на которой поезд стоит одну минуту). Вы предлагаете свою помощь - перезвонить мне через час и разбудить. Я с нескрываемым негодованием отказываюсь и мертвецки засыпаю, едва закончив разговор с вами. Просыпаюсь через 40 минут. Весьма окрепшая после сна. Ехать еще около часа. Начинаю что-то чирикать в скетчбуке. Француз меня бесит значительно меньше.

Подъезжаем к какой-то станции. Я даже не присматриваюсь к названию, потому что знаю,что мне внимательно отслеживать свой маршрут нужно начинать минут через 40. Стоим минуту или две и вдруг раздается объявление: по независящим от нас причинам и вплоть до особого уведомления наш поезд остается стоять здесь. По вагону раздается волна возмущения и удивления. Двери всех вагонов открыты и курящие несутся скорее на улицу покурить и заодно выяснить, что произошло. Ненавистный мой спутник выбегает на платформу в числе самых первых. В окно я вижу, что курящие курят весьма, не торопясь , и не спешат вернуться в вагон. Решаю, что пора бы и мне пойти поинтересоваться,что же все-таки произошло. В тамборе у выхода стоит достаточно пожилая сеньора из нашего вагона (когда мы рассаживались, она мне показалась не очень симпатичной). Тут делать нечего: спрашиваю ее, что случилось. Она с готовностью начинает мне объяснять и говорит, говорит, говорит.... Я не понимаю ни единого слова. Прерываю ее, объясняю ей, что я иностранка...

Аааааа, быстро соображает она: тебе надо объяснять все помедленнее? Так я нормально говорю? Орет она мне на ухо (почему-то она решает, что для меня нужно говорить не столько медленнее,сколько ПОГРОМЧЕ...) . В общем, из ее рассказа я понимаю, что где-то там впереди произошло какое-то убийство (я делаю вывод, что на железнодорожных путях) и что там сейчас все кругом оцеплено полицией и наш поезд не может там проехать. Я возвращаюсь на свое место. Срочно пишу одну за другой пару панических смс-ок принимающей стороне. Потом решаю выйти на платформу. После кондиционированной прохлады в вагоне на платформе мне очень жарко. Но там стоят какие-то работники из нашего поезда. Я обращаюсь с вопросом,что все-таки случилось, к одному из них. Он терпеливо и с готовностью объясняет, что где-то там впереди произошло какое-то ЧП. Там все заблокировано и оцеплено полицией и там же проходят manifestaciones (акция протеста). Последнее меня весьма удивляет. Но я делаю скидку на то, что я все-таки не все понимаю из объяснений. Мой собеседник добавляет, что вот поезд,который стоит на соседнем пути, из-за всего этого стоит уже целый час. И когда ситуация как-то разрешится, никто вообще пока не знает. Решаю пройтись вдоль всей платформы, хорошенько размяться. Идея отличная, но очень жарко. Пока я дошла до головного вагона, я вся зажарилась. И покрыть голову особо нечем: все банданы и панама лежат на дне чемодана,который куда-то задвинут чемоданами других пассажиров нашего вагона.

И, кстати, я думаю, ну, вот надо же как не повезло: вот лучше бы я все-таки купила билет на более поздний, трехчасовой поезд: я бы тогда сейчас кисточки в магазине в Барсе рассматривала, а не загорала бы в буквальном смысле слова сейчас вот здесь на платформе (до меня еще не доходит реальное положение дел и как мне на самом деле фантастически повезло, что я еду двеннадцатичасовым поездом...).

На обратном пути к своему вагону встречаюсь взглядом с милой на вид сеньорой лет пятидесяти. Спрашиваю и у нее, что случилось. Она говорит, что случилось не убийство, а самоубийство. Какого-то нелегального эмигранта из Сенегала. Что вроде бы полиция по какой-то причине (то ли с целью обыска, то ли для профилактической беседы) постучалась в дверь квартиры,где он жил, а он, испугавшись, побежал и выпрыгнул в окно. И разбился насмерть (только на следующий день я узнаю, что с 3го этажа). А дальше она рассказывает совсем невероятное: что его соотечественники-сенегальцы (как я понимаю, тоже вполне себе нелегальные иммигранты),узнав про его смерть, дружно собрались, дружно побежали и... в знак протеста перекрыли железную дорогу в том городе. И вот потому-то мы проехать и не можем.

Да, вздыхает моя собеседница. Нелегальная иммиграция - это всегда столько проблем... Слушай, eres italiana? (ты итальянка?) внезапно спрашивает она. Отрицательно мотаю головой. А откуда же ты тогда? Говорю, откуда я. Добавляю, что проблемы, связанные с нелегально понаехавшими, знакомы и нам. Ну, надо же, восклицает она,и так хорошо говоришь по-испански (льстит, конечно, но мне приятно). Мы раскланиваемся и я бреду в свой вагон.

В тамбуре стоит молодая пара, парень и девушка лет двадцати пяти. Спрашивают меня, что случилось. Ох, мамочки родные, как же мне попонятнее пересказать то, что я только что узнала. Как-то я совсем-совсем в этот момент не готова к тренировке косвенной речи...)) Но как-то справилась. Они очень терпеливо меня слушали. Что-то поняли. Очень благодарят за объяснения. Я прохожу в свой вагон и сажусь на свое место.

Принимающая сторона требует написать ей, где я все-таки нахожусь. Тут я понимаю, что действительно надо бы поинтересоваться, где мы стоим. Выясняется, что стоим мы в Таррагоне.

Продолжение следует. Ушла спать.
ianata: (Default)
В вагоне жизнь продолжается. Периодически кому-то из пассажиров звонят встревоженные близкие. Пассажиры подробно рассказывают своим родным, где мы, что мы, в какой безнадежной ситуации мы находимся. Из разговоров я также понимаю, что про нашу ситуацию уже передают в местных новостях, но из этих новостей совершенно непонятно, что все-таки происходит и как скоро мы куда-нибудь поедем. Через наш вагон идет сотрудник поезда. Я встаю перед ним, перегородив ему дальнейший путь и интересуюсь, есть ли какие новости. Он вежливо и терпеливо объясняет мне, что на данный момент стало известно, что за нами пришлют другой поезд, мы все перейдем в него и поедем дальше. Когда это все-таки произойдет и куда мы поедем, он пока сказать не может. Я интересуюсь, будет ли у нас достаточно времени, чтобы собраться. Он меня заверяет, что нас предупредят заранее. Благодарю его за объяснения, возвращаюсь на свое место и тем самым даю ему возможность идти дальше.

С улицы доносится вой машины скорой помощи. Ничего экстраординарного не видно, но через какое-то время становится известно, что скорую вызвали к ребенку из поезда, который стоит на час больше нашего и что скорая увозит малыша в больницу.

На этом этапе я решаю сходить на экскурсию в вагон-ресторан. Оказывается, он находится в следующем вагоне. Понятное дело, там полный аншлаг. Через какое-то время повторяю свой визит и, о, счастье, там стало чуть посвободнее. Есть я не хочу, но ведь не понятно же, сколько мы еще простоим и где гарантия, что еда в вагоне-ресторане не закончится. Решаю сделать заказ. Выбираю то, что в меню называется bocadillo de pollo y camambert (бутерброд с курицей и сыром камамбер) и бутылку воды без газа. Очень симпатичный и вежливый буфетчик с умным лицом принимает у меня заказ. Тут же ставит передо мной бутылку воды и пластиковый стаканчик и кричит куда-то в недра подсобки: еще один бутерброд с курицей и камамбером. Я сижу на табуретке около стола-прилавка и жду свой заказ. Через несколько минут буфетчик кладет передо мной разогретый бутерброд очень внушительного размера. Сижу, смотрю на него и понимаю, что есть по-прежнему совершенно не хочу. Спрашиваю, могут ли мне упаковать бутерброд на вынос и сколько за это надо заплатить. Да, конечно, и мне кладут мой бутерброд в бумажную фирменную сумочку с ручками. Нет, за сумочку ничего платить не надо. Я возвращаюсь к себе в вагон. Сижу скучаю. Понимаю, что мне просто адски не хватает интернета. При этом я вижу, что местные через свои смартфоны сидят в интернете и все-равно не могут найти никакой информации, когда же все это закончится.

Я в тоске отщипываю кусочек своего бутерброда. Потом еще один. И еще. И довольно быстро съедаю его целиком.

Возвращается и садится на свое место француз. Не обращаясь ни к кому конкретно, он громко спрашивает: Что же все-таки происходит? По-французски. Весь вагон с готовностью поворачивается к нему и начинает объяснять. По-испански. Он в отчаянии громко говорит: I do not understand! (я не понимаю!).

Ха, говорю я ему: так ты понимаешь английский? Щас я тебе все объясню.

Он робко успевает вставить, что понимает по-английски он a little bit (совсем чуть-чуть).

Я рассказываю ему все, что знаю и понимаю, что он все это уже немалое время вообще не понимал, что происходит (зато накурился на платформе вволе). Я решаю пойти снова на платформу и поспрашивать, нет ли каких свежих новостей. На платформе прямо у нашей двери стоит какой-то высокий мужчина в форменной рубашке с галстуком. Спрашиваю, нет ли новостей и он начинает что-то очень быстро и подробно рассказывать. Я ни слова не понимаю. Говорю ему, что я иностранка и прошу говорить помедленнее (и попонятнее).

Так тебе надо объяснять по-английски? спрашивает он.

Ну, можно и по-английски, соглашаюсь я.

Идем со мной! говорит он, и я понимаю, что он меня ведет в вагон-ресторан. Он входит первым и я слышу, как он кричит кому-то: эй, полИглота (с ударением на И), поговори с ней по-английски. "ПолИглотом" оказывается так понравившийся мне буфетчик. Готовность помочь на его лице сменяется очевидным недоумением: так она же еду у меня по-испански заказывала...
"На любом языке", подаю голос я. "Но, пожалуйста, мед-лен-но!!!"

Он медленно и внятно рассказывает мне по-испански, что, как стало им известно за нами приедет автобус мы пересядем и нас повезут к другому поезду. Да, говорят, даже, что автобус уже в пути. Нет, совершенно неизвестно, даже приблизительно, когда автобус приедет.

Благодарю буфетчика, возвращаюсь в вагон и делюсь добытой информацией с французом.

В этот момент я получаю очередную смс-ку от принимающей стороны: "мы все выяснили. Но от этого не легче. Держись!!!".
Перевожу этот "духоподъемный" призыв "своему" французу и мы, кажется, начинаем дрожать в унисон.

Продолжение следует.
ianata: (Default)
я отсылаю встречную смс-ку с мольбой объяснить, что же они все-таки выяснили. Встречающая сторона мгновенно присылает ответ, что они мне сейчас позвонят с дешевого телефона. И, правда, минуту спустя раздается звонок на мой мобильный (который, кстати говоря, начинает стремительно разряжаться). Сначала В. объясняет мне про бунт сенегальцев в Салоу и как они оккупировали прходящую через Салоу одноколейку, и про очень туманные перспективы моего продвижения дальше. Я интересуюсь, как далеко я нахожусь от пункта конечного прибытия. Ответ неутешительный: я в ста километрах от места, где меня ждут... И в сложившейся ситуации нет решительно никакого другого способа добраться до места. Остается пока только ждать. Потом я немного говорю с М. Заверяю, что у меня все в порядке: вода, еда, туалет, кондиционер - все есть в доступе и все работает. Договариваемся, что я и дальше буду смс-ить, когда появятся новости. После телефонного разговора пересказываю новости французу.

Около меня проходит женщина с мальчиком на руках. Мальчику на вид уже года четыре и он по-большому счету уже вышел из возраста, когда носят на руках. Но весь его вид говорит, насколько он измучен духотой и ожиданием. Рядом с ними стоит еще один мальчик, ростом почти с маму. Старший брат, догадываюсь я. Спрашиваю малыша: Que tal? (как дела).
Agobiado (измотан), отвечает за него мама.

Говорю младшему: хочешь я тебе птичку из бумаги сделаю (и спешно хватаю лист бумаги из своих распечаток)?
Измученный мальчик отрицательно мотает головой. Я скорее обрываю лист бумаги до формы квадрата (не идеальной, но сойдет) и говорю крошке: смотри, вот квадрат. Мальчик вроде бы даже и не смотрит, что я делаю.

А сейчас я из квадрата сделаю треугольник. А теперь из треугольника - два квадрата поменьше. Замечаю, что малыш на маминых руках уже скосил глаза и внимательно наблюдает за моими руками. Спешно перевожу квадрат поменьше в ромб и говорю, что крылья уже готовы. Мальчик , не отрываясь, следит за процессом. Еще пара финальных движений и я вручаю готового журавлика мальчику. Он крепко зажимает его в руке.

Мама мальчиков тепло меня благодарит, а я вдруг замечаю лицо старшего брата. Спрашиваю его: хочешь я тебе такого же сделаю? Он отрицательно мотает головой, а в глазах у него стоит громкое Si!!! Смотри, делаем квадрат, повторно затягиваю я... Или ты уже и сам умеешь таких птичек делать? В очередной раз отрицательно мотает головой. Я продолжаю спешно делать журавлика. Комментирую процесс и интересуюсь, сколько ему лет: 11. Вручаю ему журавлика,он радостно благодарит и бежит на платформу, куда раньше вышли его мама с младшим братиком. В окно я вижу, как старший радостно показывает своего журавлика младшему и они начинают то ли играть, то ли драться своими птицами, а мама утомленно садится прямо на платформу около колонны и облегченно закуривает: дети про нее совершенно забыли...

Через наш вагон снова идет какой-то сотрудник поезда. Я перегораживаю путь и ему. В этот момент начинает звонить его мобильный:

Si, Felipe. Claro(понятно). Bueno, gracias (хоршо, спасибо). И уже обращаясь ко мне и ко всему вагону, этот сотрудник говорит, что автобус приехал и что мы можем собираться и выходить на платформу ( es que podemos todos bajar ahora mismo).
Собираю свои манатки из ручной клади, вешаю на спину рюкзак, беру чемодан. В общем потоке выбираюсь на платформу. Вспоминаю про "своего" француза, который ни бе, ни ме по-испански. Что-то он не выходит... Ах,вот оно что: оказывается вышел раньше и ждет меня. Подходим к ближайшему к нам сотруднику поезда и я спрашиваю, куда идти дальше.

Продолжение следует. Тиихий час окончен и пора идти снова на море.

Profile

ianata: (Default)
ianata

September 2016

S M T W T F S
    123
45678910
11121314151617
18 192021222324
252627282930 
Page generated 20/9/17 03:49

Expand Cut Tags

No cut tags